Под утро мне приснилась игрушка на тысячу человек, "Москва-1965". Сыграли ранний застой, как нетрудно догадаться.
Сколько веселого маразма: партсобрания, субботники, транспаранты, первомайские демонстрации! Двадцатилетие Победы. XXIII съезд КПСС. Портреты Ленина. Пионерские галстуки. Весь полигон в солидненьких костюмчиках!
В промежутках - трудовыебудни. Заводы, ударники. Строяк. Управдом - друг человека. НИИ в атмосфере "Понедельника". Вражеские голоса. Первые диссиденты. Мощная команда КГБ, которая, однако, занималась в основном внутрипартийными играми.
Локация "Кремль" была отделена от остального полигона красной стеной из ткани, метра четыре в высоту. В Кремле резвились подковерные бульдоги. Плелась медленная аппаратная интрига. Об этом знал впочему-то есь полигон: огромная часть игроков отыгрывала партаппарат.
Вполголоса все говорили, что "Брежнев - фигура временная". Никто не знал, кто придет ему на смену. Подгорный? Или все-таки Шелепин - "Железный Шурик"? Вроде в пользу последнего интриговали товарищи из КГБ.
По слухам, весь ЦК разбилася на "людей" Брежнева, Шелепина и Подгорного. Там велись тихие аппаратные игры... Впрочем, ничего не было известно наверняка.
Здесь люди умели читать "Правду" между строчек. Внешне все было сдержано, скучновато, на полутонах. Под этой маской бесновались страсти, струилась жизнь.
И выходила увлекательная игра.
А казалось бы - какая тусклая, неромантичная эпоха...
Сколько веселого маразма: партсобрания, субботники, транспаранты, первомайские демонстрации! Двадцатилетие Победы. XXIII съезд КПСС. Портреты Ленина. Пионерские галстуки. Весь полигон в солидненьких костюмчиках!
В промежутках - трудовыебудни. Заводы, ударники. Строяк. Управдом - друг человека. НИИ в атмосфере "Понедельника". Вражеские голоса. Первые диссиденты. Мощная команда КГБ, которая, однако, занималась в основном внутрипартийными играми.
Локация "Кремль" была отделена от остального полигона красной стеной из ткани, метра четыре в высоту. В Кремле резвились подковерные бульдоги. Плелась медленная аппаратная интрига. Об этом знал впочему-то есь полигон: огромная часть игроков отыгрывала партаппарат.
Вполголоса все говорили, что "Брежнев - фигура временная". Никто не знал, кто придет ему на смену. Подгорный? Или все-таки Шелепин - "Железный Шурик"? Вроде в пользу последнего интриговали товарищи из КГБ.
По слухам, весь ЦК разбилася на "людей" Брежнева, Шелепина и Подгорного. Там велись тихие аппаратные игры... Впрочем, ничего не было известно наверняка.
Здесь люди умели читать "Правду" между строчек. Внешне все было сдержано, скучновато, на полутонах. Под этой маской бесновались страсти, струилась жизнь.
И выходила увлекательная игра.
А казалось бы - какая тусклая, неромантичная эпоха...
16 comments | Leave a comment






















